Брендан Фуди, сооснователь ИИ-платформы по подбору технических специалистов Mercor, опубликовал в X пост, в котором описал схему, которую назвал «sequoia scam». По его словам, за последние шесть месяцев он наблюдал не менее шести раундов, где Sequoia инвестировала двумя траншами по разным оценкам, тогда как публично сообщалась только более высокая цифра. Фаундеры, по его словам, транслировали эту завышенную оценку сотрудникам и бизнес-ангелам.
Механика схемы проста: лид-инвестор вкладывает основную часть капитала по низкой, «льготной» оценке, а небольшой транш размещает по существенно более высокой цене. Именно эта высокая цифра становится «заголовочной» оценкой раунда, которую стартап объявляет публично. В результате компания выглядит доминирующим игроком рынка, хотя реальная средняя цена входа ключевого инвестора значительно ниже.
| Компания | Объявленная оценка | Реальная оценка нижнего транша | Лид-инвестор |
|---|---|---|---|
| Serval | $1 млрд (Series B) | < $400 млн (расширение Series A) | Sequoia |
| Aaru | $1 млрд | $450 млн | Redpoint |
Конкретный пример — ИИ-стартап в сфере IT-поддержки Serval. Компания объявила о Series B на $75 млн при оценке $1 млрд под лидерством Sequoia. Однако, по данным The Wall Street Journal, за несколько дней до этого Serval привлекал расширение Series A при оценке ниже $400 млн — то есть менее половины от заголовочной цифры. Схожая ситуация у стартапа Aaru, который использует ИИ для симуляции поведения пользователей в маркетинговых исследованиях: лид-инвестор Redpoint вошёл при оценке $450 млн, тогда как объявленная оценка составила $1 млрд.
Схема работает так: лид-инвестор вкладывает основную сумму по низкой оценке, а небольшой транш — по высокой, которая и становится «заголовочной».
Партнёр Sequoia Шон Магуайр ответил Фуди напрямую. Он признал, что подобное происходило примерно пять раз за его семь лет в фонде, и объяснил логику: другие инвесторы готовы платить за горячие компании — как правило, в сфере ИИ — по мультипликаторам, которые Sequoia считает неприемлемыми. Поэтому фонд разделяет партнёрские отношения с фаундером и капитальный вклад, что и приводит к двум траншам по разным оценкам. «Я не вижу здесь ничего нечестного», — написал Магуайр, добавив, что венчурный рынок — это игра с повторяющимися взаимодействиями, и вводить людей в заблуждение попросту невыгодно.
Однако объяснение Магуайра обходит стороной ключевой вопрос: что именно фаундеры сообщают тем, кто не знает о нижнем транше. Для сотрудников, получающих опционы, существует механизм защиты — независимая оценка 409A, которая устанавливает справедливую рыночную стоимость компании и определяет цену исполнения опционов. По словам Джейсона Ву, партнёра по оценке и финансовому моделированию в Armanino, 409A должна учитывать смешанную стоимость всех траншей, а не заголовочную цифру. Проблема в другом: оценки 409A структурно склонны занижать стоимость, поскольку более низкая цена исполнения опционов означает меньший налог для компании. Механизм, призванный защищать сотрудников, изначально не настроен на поиск верхней границы диапазона.
Для бизнес-ангелов ситуация ещё менее защищена. В отличие от сотрудников, они вкладывают реальные деньги, и между ними и любой цифрой, которую назовёт фаундер, нет независимого оценщика. Двойное ценообразование — лишь одна из тактик управления восприятием на перегретом рынке. Другая, более распространённая — манипуляции с показателем ARR (годовая регулярная выручка). Венчурный инвестор Нико Бонатсос, основатель Verdict Capital и ветеран General Catalyst, на мероприятии TechCrunch в Афинах описал типичный случай: фаундер присылает впечатляющий ARR, а при уточнении выясняется, что это вчерашняя выручка, умноженная на 365 из-за удачной рекламной кампании. «Некоторые термины утратили смысл», — резюмировал он.
