Группа исследователей под руководством Валентины Эльче из IMT School for Advanced Studies Lucca опубликовала работу в Communications Psychology, в которой попыталась систематически описать, что именно определяет содержание наших снов. Для этого учёные собрали и разметили более 3700 отчётов о сновидениях от 207 итальянских взрослых в возрасте от 18 до 70 лет — участники фиксировали сны сразу после пробуждения с 2020 по 2024 год, оценивая их по шкалам причудливости, яркости, эмоционального тона и степени контроля над происходящим.
Один из ключевых результатов касается связи между дневным поведением и ночными образами. Люди, склонные к mind-wandering — состоянию, когда мысли самопроизвольно переключаются с текущей задачи на посторонние темы, — чаще сообщали о снах с резкими сменами обстановки и нелогичными сюжетами. Авторы объясняют это тем, что блуждание мыслей и сновидения могут опираться на общий нейронный и когнитивный механизм. Иными словами, мозг, привыкший свободно переключаться между контекстами днём, делает то же самое ночью — только без тормозов.
Параллельно исследователи изучили отдельную группу из 80 человек (60 женщин и 20 мужчин), которые вели дневники снов в апреле–мае 2020 года — в разгар первого локдауна. Сравнение двух выборок показало: внешние события с высокой эмоциональной нагрузкой способны менять характер сновидений. В период изоляции сны содержали больше образов физических и метафорических ограничений, а эмоциональная интенсивность воспоминаний о снах была выше. При этом тема здравоохранения — несмотря на её очевидное доминирование в медиапространстве того времени — в снах значимо не усилилась. Этот парадокс авторы не объясняют окончательно, но он указывает на то, что мозг фильтрует внешние стимулы нелинейно.
Склонность к mind-wandering (блужданию мыслей) коррелирует с более высокой степенью причудливости снов.
Для количественного анализа текстов отчётов команда применяла модели обработки естественного языка (NLP), что позволило выявить семантические паттерны в тысячах описаний и сопоставить их с психологическими профилями участников. Такой подход отличает работу от классических лабораторных исследований сна, где выборки обычно невелики и ограничены условиями эксперимента.
Исследование не даёт окончательного ответа на вопрос, зачем мы вообще видим сны, — эта загадка остаётся открытой. Однако оно добавляет эмпирические данные к гипотезе о том, что сновидения не случайны: их содержание формируется как устойчивыми чертами личности, так и тем, что происходит вокруг нас.
