192 000 рабочих мест в год: как ИИ подрывает потребительский спрос в США

Цифры, которые Goldman Sachs начал отслеживать ежемесячно, выглядят сухо: 25 000 сокращений из-за прямой замены людей ИИ, 9 000 новых позиций там, где ИИ усиливает, а не вытесняет сотрудника. Итого — минус 16 000 в месяц, 192 000 в год. Но за этой арифметикой стоит вопрос, который редко звучит в дискуссиях об автоматизации: если убирать покупателей, кто будет покупать?

Потребительские расходы составляют 70% ВВП США. Это не прогноз и не модель — это описание того, как устроена американская экономика прямо сейчас. Её двигатель — не фондовый рынок и не экспорт, а обычный человек, который платит за жильё, кофе и бензин. По данным четвёртого квартала 2025 года, топ-10% населения обеспечивают 49,2% всех потребительских расходов — исторический максимум с 1989 года. Проблема в том, что эта группа тратит не потому, что выросли зарплаты, а потому что выросли инвестиционные портфели. Когда рынок перестаёт расти, их потребление меняется вместе с ним. Остальные 90% населения тем временем демонстрируют другую картину: 68% американцев живут от зарплаты до зарплаты, просрочка по субстандартным автокредитам во втором квартале 2025 года достигла 6,7% — максимума с 1994 года, а просроченные более чем на 30 дней платежи по кредитным картам составили 5,3% от всех задолженностей, что является максимумом за 11 лет.

Отдельный удар приходится по жилью — исторически главному механизму накопления капитала для среднего класса в США. Схема работала десятилетиями: купить дом в молодости, выплатить ипотеку к зрелости, накопить 300–500 тысяч долларов в виде собственного капитала. Сегодня эта схема фактически закрыта. В 2019 году домохозяйство с доходом $75 000 могло позволить себе 48,8% всех домов на рынке. К 2025 году — только 21,2%. Медианный дом поглощает 47,7% медианного дохода домохозяйства при том, что нормой считается 30%. Медианная цена дома в марте 2026 года составила $407 000, тогда как семья со средним доходом $84 000 может позволить себе жильё максимум за $400 000, не выходя за порог разумной долговой нагрузки. Национальный дефицит жилья достиг 4,7 млн единиц — абсолютный рекорд. ИИ этот дефицит не устраняет, зато ускоряет потерю доходов, делая жильё ещё менее доступным.

Особенно уязвимы молодые специалисты. С января 2024 года вакансий начального уровня стало на 29% меньше, junior-позиции в американском tech-секторе упали на 67%. Недозанятость среди недавних выпускников колледжей в четвёртом квартале 2025 года составила 42,5% — это люди с дипломом, работающие там, где диплом вообще не нужен. 37% компаний уже заменили entry-level позиции ИИ. Глава Anthropic прогнозирует, что через пять лет может исчезнуть до 50% начальных беловоротничковых должностей. При этом 77% новых ИИ-вакансий требуют степень магистра — то есть порог входа на рынок труда сместился вверх именно тогда, когда нижние ступени лестницы убираются.

В результате складывается замкнутая петля. Выпускник с бакалавриатом и $40 000 студенческого долга не может найти позицию аналитика начального уровня: таких вакансий в 2026 году осталось около 33 000 против 100 000 в 2023 году, и большинство из них требуют опыт или MBA. Альтернатива — клиентская поддержка за $35 000, которую тоже активно автоматизируют, или новый виток долгов ради магистратуры. Люди, оказавшиеся в этой ситуации, не покупают дома, не заводят семьи и не формируют потребительский спрос. Потребительская часть экономики теряет основание — именно то, на котором держится 70% ВВП.