Хакван Лау из Института фундаментальных наук (IBS) вместе с коллегами из Монреальского и Нью-Йоркского университетов опубликовал критический анализ состояния науки о сознании. Главный тезис: ни один из широко применяемых нейробиологических методов не позволяет надёжно отличить субъективный опыт от общей когнитивной обработки информации. Следовательно, все растущие заявления о сознании у систем ИИ, животных, лабораторных органоидов и даже растений опираются на методологически неоднозначные критерии.
Проблема не в том, что сознания у этих систем нет или есть — проблема в том, что у науки пока нет инструмента, чтобы это проверить. Самые популярные экспериментальные парадигмы — зрительная маскировка, бинокулярное соперничество, определение порога восприятия — воздействуют на базовую способность мозга обрабатывать сигналы. Когда испытуемый перестаёт «видеть» стимул в таком эксперименте, исследователь фиксирует изменение в когнитивной обработке, а не в сознательном восприятии. Разница принципиальная, но в большинстве работ она стирается.
Лау формулирует это прямо: многие теории сознания подтверждаются экспериментальными данными, которые на деле отражают способность к обработке информации, а не само сознание. Из этого следует, что теории не объясняют то, что заявляют. Это не частная методологическая придирка — это структурная проблема всей области.
Эксперименты с бинокулярным соперничеством и порогом восприятия фиксируют обработку информации, а не сознательный опыт — и исследователи путают одно с другим.
Авторы проводят исторический параллель. В конце XIX — начале XX века аналогичная ситуация сложилась в психологии: слабо обоснованные, но громкие утверждения о природе сознания вызвали жёсткую научную реакцию. Результатом стал бихевиоризм — направление, которое вовсе отказалось изучать субъективный опыт и сосредоточилось исключительно на наблюдаемом поведении. Исследования сознания оказались заморожены на десятилетия. Авторы предупреждают: нынешний бум заявлений о «сознательном ИИ» и «чувствующих органоидах» рискует спровоцировать аналогичный откат.
Выход из методологического тупика исследователи видят в изучении редких нейропсихологических состояний — ложной слепоты (blindsight) и гемифациальной небрежности. При этих патологиях сознательное восприятие полностью отделено от поведенческих реакций и обработки информации: человек реагирует на стимул, не осознавая его. Именно такие случаи позволяют рассматривать субъективный опыт и информационную обработку как биологически раздельные механизмы — и строить на этом более строгие эксперименты.
Практические последствия выходят за рамки академической дискуссии. Глобальная политика в области защиты животных, этические рамки для ИИ-систем и биомедицинские нормы всё активнее апеллируют к вопросу о наличии сознания у нечеловеческих субъектов. Если критерии, на которые опирается эта политика, методологически несостоятельны, решения принимаются на основе домыслов. Лау настаивает: здесь нужна не интуиция «я так чувствую», а концептуальная ясность и строгие стандарты измерения — которых у науки пока нет.