Сэм Альтман прогнозирует появление AGI к концу 2026 года

В начале августа журналист TIME посетил офис OpenAI, где компания одновременно демонстрировала свою следующую большую модель под названием Astra и наблюдала за протестующими у входа, требовавшими остановить «гонку ИИ». Внутри руководители крупнейших клиентов OpenAI собрались, чтобы увидеть Astra — ещё не выпущенную модель, которую компания считает одним из важнейших своих технологических шагов.

Демонстрации были рассчитаны на то, чтобы показать не очередной прирост качества ответов, а совершенно другой уровень самостоятельности. В одном эксперименте шестнадцать ИИ-агентов совместно решали сложную математическую задачу: каждый разбирал отдельную часть проблемы, затем агенты обменивались результатами и собирали из них общее доказательство. В другой демонстрации Astra самостоятельно управляла привычными компьютерными программами, быстро открывая приложения, создавая документы и выполняя действия, которые обычно приходится делать человеку. Для сотрудников OpenAI особенно впечатляющим оказалось именно это: модель работала с компьютером почти по-человечески, но с гораздо большей скоростью.

Альтман считает, что из этого вырастет новый тип ИИ — persistent agents, то есть агенты, которые не заканчивают работу после одного ответа, а могут продолжать выполнять задачу в течение длительного времени. По сути, речь идёт уже не о чат-боте, которому человек задаёт вопросы, а о виртуальном сотруднике, которому можно поручить цель и оставить работать самостоятельно. Но ещё важнее для Альтмана другое. Он ожидает, что Astra станет первой моделью OpenAI, которая сможет не просто использовать уже существующее знание, а самостоятельно создавать новое знание и изобретать вещи, имеющие практическое значение. Именно это он считает одним из наиболее характерных признаков приближения к AGI. Для него AGI начинается там, где ИИ перестаёт быть исключительно инструментом человеческого мышления и начинает сам становиться источником новых идей, открытий и решений.

При этом OpenAI пришла к этой точке не на волне безусловного успеха. Последний год для компании оказался гораздо сложнее, чем можно было ожидать после взрыва популярности ChatGPT. OpenAI признаёт, что в некоторых направлениях она потеряла темп. Пока компания наслаждалась огромным ростом ChatGPT, Anthropic быстрее распознала коммерческий потенциал программирования и превратила Claude Code в продукт, который стал чрезвычайно востребованным среди разработчиков и компаний. OpenAI технически не считала себя отстающей в ИИ-кодинге, но слишком долго недооценивала практическую сторону задачи: как именно программист взаимодействует с моделью в настоящем, хаотичном коде, какие мелкие неудобства мешают работе и что заставляет человека возвращаться к продукту каждый день.

Параллельно выяснилось, что OpenAI слишком поздно начала строить серьёзную корпоративную машину продаж. Компания долго исходила из довольно наивной идеи: если создать хороший продукт, клиенты сами придут. Теперь руководство признаёт, что этого оказалось недостаточно. Anthropic тем временем укрепляла позиции в корпоративном секторе и впервые обошла OpenAI по нескольким ключевым финансовым показателям.

OpenAI начала перестраиваться. Она отказалась от части побочных проектов, сократила количество направлений и стала концентрироваться на том, что считает своим главным преимуществом. Одним из самых важных решений стало объединение ChatGPT и Codex. Вместо того чтобы держать ИИ-кодинг отдельно, компания начала переносить агентные возможности Codex непосредственно в ChatGPT. Так возникло новое представление о продукте: ChatGPT должен не просто рассказывать человеку, как что-то сделать, а постепенно научиться делать это самостоятельно.

Именно здесь начинается более широкое видение OpenAI. Пользователь говорит системе, чего он хочет, а дальше ИИ сам решает, какие модели использовать, какие инструменты подключить и каких агентов запустить. В перспективе такой ИИ сможет действовать даже без постоянных указаний человека: например, купить билеты, ориентируясь на календарь владельца, его финансовые возможности и музыкальные предпочтения. Компьютер в таком случае перестаёт быть пассивным инструментом, который ждёт команды, и становится проактивным помощником, способным самостоятельно действовать в интересах своего владельца.

Именно здесь AGI перестаёт быть для OpenAI абстрактной мечтой. В официальном определении OpenAI AGI — это высокоавтономная система, которая превосходит людей в большинстве экономически ценных видов деятельности. Важно, что это определение состоит сразу из двух частей: интеллект и автономность. Недостаточно быть очень умным. Система должна быть способна самостоятельно применять этот интеллект к широкому спектру реальных задач.

Руководители OpenAI теперь говорят об этом уже не как о событии далёкого будущего. Chief Research Officer Mark Chen оценивает положение компании примерно как 80% пути к AGI. Greg Brockman допускает, что через два года нынешний период будут вспоминать как момент, когда AGI был близок. Сам Альтман в интервью TIME заявил, что AGI появится к концу 2026 года. Эти заявления подкреплены не только амбициями, но и конкретными демонстрациями Astra, которая уже показывает способность к автономным действиям и созданию нового знания.