Тристан Бакмастер, профессор математики Нью-Йоркского университета, объявил о получении трех доказательств, которые приближают решение проблемы существования и гладкости решений уравнений Навье–Стокса — одной из семи задач тысячелетия, за которую Институт Клэя предлагает $1 млн. Работа выполнена совместно с математиком Anthropic Левентом Альпёге с использованием ИИ-моделей Codex и Claude. Однако в заявлении Бакмастера содержится не только научный результат, но и обвинение в адрес OpenAI: по его словам, компания узнала о ходе их работы до публикации и использовала это преимущество, чтобы первой представить полное доказательство.
Согласно Бакмастеру, когда он и Альпёге завершали свои результаты, им стало известно, что информация об их прогрессе была передана в OpenAI. При обращении в компанию они получили ответ, что OpenAI уже достигла полного доказательства центральной проблемы. Однако на вопросы о том, когда началось исследование и какова роль человека, последовали уклончивые ответы. В итоге выяснилось, что над задачей работала целая команда, а первый запрос к модели был отправлен лишь за несколько дней до этого — уже после того, как информация о работе Бакмастера и Альпёге достигла OpenAI. Бакмастер подчеркивает, что выбранный ими подход — через гладкую силу, варианты c и d в формулировке Феффермана, — крайне редок, и совпадение во времени и методе выглядит подозрительным.
OpenAI в своем ответе подтверждает, что работа над задачей началась 1 сентября, вдохновленная слухами о решении двух задач тысячелетия. Компания сообщает, что доказательство было найдено невыпущенной моделью нового поколения, которая за неделю решила несколько нерешенных проблем. На вычисления ушло 300 млрд выходных токенов, что при текущих тарифах Astra составляет около $22,5 млн. OpenAI отрицает доступ к данным пользователей: «Мы (исследователи и агенты) не видели их работу до публикации — в частности, никакие пользовательские данные не использовались для решения этой проблемы». В то же время компания признает, что не может полностью исключить «де-идентификацию» информации, которая могла попасть в обучающие данные.
OpenAI потратила 300 млрд токенов (около $22,5 млн) на вычисления для доказательства, которое, по их словам, нашла новая модель.
Конфликт усугубляется тем, что Альпёге, хотя и работает в Anthropic, проводил исследование не от имени компании, а в личном качестве. Дуэт использовал в основном Codex от OpenAI, и Бакмастер опасается, что его взаимодействия с моделью могли быть использованы для обучения. OpenAI оставляет за собой право обучать модели на данных Codex, хотя пользователи могут отказаться. Бакмастер утверждает, что представитель OpenAI Себастьен Бубек предлагал ему убрать упоминание Альпёге из публикации в обмен на компромисс, а когда Бакмастер захотел сделать спор публичным, Бубек ответил: «Зачем вам портить карьеру?» и «Если вы не хотите, чтобы я был добр, то я не обязан быть добрым».
Эта ситуация поднимает вопросы о научной этике в эпоху ИИ. С одной стороны, использование моделей для доказательства теорем становится все более распространенным, но с другой — возникает риск утечки идей через обучающие данные. Проблема Навье–Стокса, описывающая движение жидкостей и газов, остается нерешенной с 1930-х годов, и ее решение имеет огромное значение для математической физики. Пока неясно, признает ли научное сообщество доказательство OpenAI, учитывая обвинения в недобросовестной конкуренции. Бакмастер и Альпёге опубликовали свои результаты, и теперь слово за математиками, которые должны оценить оба доказательства.
