Тео Бейкер поступил в Стэнфорд осенью 2022 года — за два месяца до запуска ChatGPT. К моменту выпуска в июне 2026-го он стал частью первого поколения, прожившего весь студенческий путь бок о бок с языковой моделью. Свои наблюдения он изложил в колонке для New York Times, и они рисуют картину куда более тревожную, чем очередная история о списывании.
Бейкер не утверждает, что ИИ испортил безупречную академическую среду. Стэнфорд уже входил в новое десятилетие с подмоченной репутацией: среди его выпускников — Элизабет Холмс из Theranos, криптомошенник До Квон и основатели Juul. ChatGPT лишь снизил порог входа в мошенничество до нуля. Студенты подписывали обязательства о том, что не пользовались ИИ, пока инструмент был открыт в соседней вкладке браузера. Один из таких документов был подписан прямо на яхтенной вечеринке, финансируемой венчурными капиталистами. Другие присваивали деньги из общежитских фондов или симулировали заражение Covid ради кредитов на доставку еды.
Наиболее показательный эпизод — академический скандал: группа студентов Стэнфорда опубликовала работу, представив её как собственную разработку на базе Llama3-V. В сти это оказалась китайская модель MiniCPM-Llama3-V2.5, выданная за оригинальное исследование. История вскрыла не просто плагиат, но готовность фабриковать научный вклад в гонке за признанием.
49% из 849 опрошенных студентов CS заявили, что скорее спишут на экзамене, чем получат неудовлетворительную оценку.
Бейкер объясняет происходящее через логику стимулов. Диплом CS из Стэнфорда перестал быть гарантией работы: джуниор-разработчики сегодня конкурируют не с другими людьми, а с языковыми моделями. Одновременно на глазах у студентов вырастают стартапы-обёртки — компании, которые просто переупаковывают чужие модели и получают за это миллиардные оценки. Perplexity достиг отметки в $1 млрд в апреле 2024 года и вырос до $20 млрд к сентябрю 2025-го. Когда сосед по комнате между делом упоминает, что купил дом в Лас-Вегасе по налоговым соображениям, мотивация делать домашнее задание закономерно падает.
В ответ на происходящее Стэнфорд в апреле 2026 года вернул очные экзамены с надзором — практику, от которой университет отказался более ста лет назад. Отказ от надзора был принципиальным жестом доверия к студентам. Теперь большинство экзаменов снова пишут от руки в так называемых Blue Books. Это симптоматичный откат: одно из старейших либеральных правил элитного образования оказалось несовместимым с реальностью 2026 года.
Ранние исследования, на которые ссылается Бейкер, фиксируют ещё одну тенденцию: постоянное обращение к ChatGPT — студенты называют его просто Chat и консультируются с ним по несколько раз в день, включая личные решения — может снижать когнитивную самостоятельность человека. Это не запрещённый приём, но долгосрочные последствия для способности мыслить независимо пока не изучены.
Главный тезис Бейкера: университеты не успели подготовиться. Они застряли между классической моделью образования, построенной на доверии и самостоятельном труде, и реальностью, в которой монополия человека на интеллектуальный труд больше не существует. Пока институты ищут ответ, студенты адаптируются — и не всегда в ту сторону, которую имели в виду основатели этих институтов.
