Институт статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ опубликовал первый масштабный срез ИИ-грамотности российских работников на основе данных Росстата. В 2025 году в программу Обследования рабочей силы впервые включили блок вопросов о навыках работы с технологиями ИИ — на них ответили 314 тыс. человек, и результаты репрезентативны для 46,7 млн занятых в экономике.

Главный парадокс исследования — разрыв между предложением и спросом. Навыками работы с ИИ так или иначе владеют 37,5% занятых, тогда как необходимость таких компетенций для выполнения своей работы отметили лишь 4,9% опрошенных. Разрыв — в 7,6 раза. Авторы исследования оговариваются, что формальный показатель следует считать нижней оценкой реального спроса: работодатели могут не фиксировать требование явно, даже если де-факто ожидают его от сотрудников. Тем не менее сам масштаб расхождения указывает на то, что работники осваивают ИИ-инструменты самостоятельно — без прямого запроса со стороны рынка.

Уровень ИИ-навыковОписаниеДоля занятых
БазовыйЧат-боты, генераторы изображений, готовые пользовательские интерфейсы22,7%
СреднийСпециализированные ИИ-инструменты для профессиональных задач11,7%
ПродвинутыйСоздание и сопровождение ИИ-решений3,2%

Структура навыков неоднородна. Базовый уровень — умение пользоваться чат-ботами, генераторами изображений и другими массовыми сервисами через готовые интерфейсы — есть у 22,7% занятых. Средний уровень, предполагающий работу со специализированными ИИ-инструментами для профессиональных задач, освоили 11,7%. Продвинутый уровень — создание и сопровождение ИИ-решений — доступен лишь 3,2% работников. Таким образом, большинство из тех, кто считает себя знакомым с ИИ, работает с технологией как конечный пользователь, а не как разработчик или интегратор.

Возраст и образование формируют отчётливые границы. Среди молодёжи 15–29 лет ИИ-навыками владеют 46–47% — почти вдвое больше, чем среди работников старше 50 лет, где показатель опускается ниже 30%. Разрыв особенно заметен на продвинутом уровне: 5–6% у молодых против 2% у старшего поколения. Образование усиливает этот эффект: среди работников с высшим образованием доля владеющих ИИ-инструментами достигает 47%, среди обладателей среднего профессионального — 33%, среди тех, у кого образование ниже, — 27–28%.

Отраслевая концентрация предсказуема, но не исчерпывается ИКТ-сектором. Лидируют сфера информации и связи, профессиональная и научная деятельность, финансовый сектор. Среди профессиональных групп впереди ИКТ-специалисты, учёные и инженеры, руководители. Однако исследование фиксирует и неожиданные результаты: высокий уровень ИИ-грамотности отмечен в юриспруденции, гуманитарных областях, культуре и государственном управлении. Среди госслужащих навыками работы с ИИ владеют 41% — выше среднего по экономике. Авторы связывают это с программами цифровой трансформации госсектора.

Исследование фиксирует раннюю стадию формирования цифрового неравенства. Базовый уровень ИИ-навыков доступен широкому кругу работников без специальной подготовки и распределён относительно равномерно по полу — мужчины опережают женщин лишь на 4 процентных пункта (40% против 36%). Но на среднем и продвинутом уровнях влияние образования и возраста становится всё более выраженным. Это означает, что по мере усложнения ИИ-инструментов и роста реального спроса на них разрыв между группами работников будет увеличиваться — если не появятся целенаправленные программы переподготовки.